Вторым браком отец женился на еврейке, одесситке. Её и только её я всегда называю мамой

• — Мама, вылезай немедленно, я достану, что тебе надо.
• — Мойше, — говорит она из под кровати. — Я вижу твои ноги, так вот, сделай так, чтоб я их не видела. Выйди.

Я отошел, но все видел. Она вытянула мешок, из него вынула заштопанный старый валенок, из него — тряпку, в тряпке была пачка денег, перевязанная бечевкой.