Вторым браком отец женился на еврейке, одесситке. Её и только её я всегда называю мамой

В белорусских городах в те годы, когда не очень поощрялось еврейское искусство, зрители-евреи спрашивали меня: «Как вам разрешили еврейский танец?». Я отвечал: «Я сам себе разрешил».